(на основе анализа дел Европейского суда по правам человека, проведенного юридической консультацией «Право-законЪ»)

В соответствии с пунктом 4 статьи 5 Конвенции, каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.

Автор отмечает, что Европейский Суд по правам человека неоднократно обращал внимание на неурегулированность внутреннего законодательства и недостатки правоприменительной практики по вопросам экстрадиции при отсутствии уголовного преследования задержанного со стороны Российской Федерации.

1. Так, по делу «Рябикин против России» заявитель, гражданин Туркменистана, был взят под стражу в г. Санкт-Петербурге 12 февраля 2004 года в связи с нахождением в розыске за Туркменистаном с 2001 года. 27 февраля 2004 г. Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга вынес решение о содержании заявителя под стражей до экстрадиции в Туркменистан. Из-под стражи заявитель освобожден на основании постановления того же суда от 14 марта 2005 года в связи с тем, что никакого решения об экстрадиции Генеральной прокуратурой РФ не принималось. Районный суд отметил, что УПК РФ не предусматривает продление или изменение меры пресечения в отношении арестованного в дополнение к вопросу об экстрадиции, непосредственно применив статью 17 Конституции РФ, гарантирующую права и свободы в соответствии с международно признанными принципами и нормами международного права и статью 5 Европейской конвенции по правам человека.

Европейский Суд указал, что длительный отказ внутренних судов от рассмотрения жалобы по существу и последующее обращение к Конвенции как основанию освобождения, а не к каким-либо внутригосударственным средствам правовой защиты предполагает, что данное средство не было доступно. Такой подход подрывает способность заявителя обжаловать в судебном порядке законность его задержания, о чем свидетельствуют тщетные попытки заявителя добиться рассмотрения с марта 2004 по март 2005 г. Задержание заявителя было признано незаконным в марте 2005 года Куйбышевским районным судом, который в 2004 году сообщил заявителю несколько раз, что он не компетентен рассматривать жалобу по данному вопросу. Заявитель не имел официального статуса в рамках национального уголовного права, поскольку уголовного дела в России в отношении него не возбуждалось, а такое содержание, которое рассматривалось судом, было незаконным. Имело место нарушение п.4 ст. 5 Конвенции в связи с отсутствием правовой защиты, в соответствии с которой осуществляется рассмотрение законности содержания заявителя под стражей.

2. По делу «Щебет против Российской Федерации» Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 5 Конвенции в отношении отсутствия законных оснований для содержания заявителя под стражей с 20 февраля по 26 марта 2007 года, а также ст. 3 Конвенции в отношении бесчеловечных и унижающих достоинство условии содержания заявителя под стражей.

Заявитель, проживающая в г. Вена республики Австрия, 20 февраля 2007 года была арестована по прибытию в аэропорт Домодедово в Москве. Ей пояснили, что 24 сентября 2006 года белорусские власти поместили ее имя в список лиц, скрывающихся от правосудия по подозрению в причастности ее к торговле людьми. Заявитель была препровождена в отдел транспортной милиции аэропорта «Домодедово». Факт ареста не был зарегистрирован.

21 февраля 2007 года представитель заявителя подал жалобу в транспортную прокуратуру на отсутствие регистрации ареста. 27 февраля 2007 года первый заместитель руководителя центрального отделения милиции г. Минск отправил по факсу письмо главе отдела транспортной милиции аэропорта «Домодедово» с ходатайством об оставлении заявителя под стражей с приложением ордера на арест заявителя от 30 августа 2006 года, санкционированный прокурором г. Минск. Кроме того, в тот же день представитель заявителя подал иск в суд на том основании, что заявитель уже провела шесть дней в заключении без судебного решения и потребовал освободить ее из-под стражи.

2 марта 2007 года Домодедовский городской суд Московской области отказался рассматривать иск на том основании, что в России в отношении заявителя не было возбуждено уголовное производство. 3 апреля 2007 года Московский областной суд в кассационном порядке поддержал решение Домодедовского городского суда Московской области.

5 марта 2007 года Головинский районный суд г. Москвы отклонил названный иск с указанием на то, что письмо от сотрудника милиции г.Минска составило законное основание для предварительного заключения заявителя под стражей в значении Минской Конвенции до момента получения Генеральной прокуратурой официального запроса об экстрадиции. Далее районный суд указал, что он не обладал достаточными полномочиями для рассмотрения ходатайства об освобождении, так как данное дело не подпадало под его территориальную юрисдикцию. 28 марта 2007 года Московский областной суд оставил данное решение без изменения.

7 марта 2007 года Генеральная прокуратура получила запрос о выдаче заявителя белорусским властям.

Представитель заявителя обратился в суд с иском против незаконных действий транспортного прокурора г. Москвы, который выдал разрешение на предварительное заключение заявителя под стражу, превышавшее срок 48 часов в отсутствие судебного решения. 22 марта 2007 года Головинский районный суд г. Москвы отклонил иск против транспортного прокурора. 18 апреля 2007 года Московский областной суд оставил указанное решение без изменения.

Прокурор, ответственный за контроль соблюдения законодательства о воздушном и водном транспорте, подал в суд ходатайство о выдаче ордера на арест заявителя. 26 марта 2007 года Домодедовский городской суд г. Москвы удовлетворил ходатайство прокурора и оставил заявителя под стражей. 19 апреля 2007 года Московский областной суд оставил указанное решение без изменения.

5 октября 2007 года Тверской районный суд г. Москвы отклонил иск заявителя об отказе Генеральной Прокуратуры прекратить незаконное предварительное заключение заявителя с указанием на то, что заявитель не участвовала в уголовном судопроизводстве на территории России и, соответственно, не могла подавать иск в порядке ст.125 УПК РФ.

11 октября 2007 года заместитель Генерального прокурора Российской Федерации удовлетворил запрос об экстрадиции заявителя на территорию Белоруссии. 22 ноября 2007 года Московский городской суд при рассмотрении апелляции (в кассационном порядке) поддержал решение об экстрадиции и сохранил содержание заявителя под стражей в качестве меры пресечения. 25 января 2008 года Верховный Суд РФ отклонил жалобу заявителя на это решение.

Заявитель утверждала, что жалоба в суд о незаконности содержания ее под стражей не могла быть неэффективной, поскольку Генеральная Прокуратура дважды была обязана возбудить дело в отношении удержания ее под стражей и обеспечения уважения ее прав. Также заявитель жаловалась на то, что не присутствовала на слушаниях в Головинском районном суде.

Европейский Суд отметил, что формулировка ст.108 УПК РФ не содержит положений, которые бы указывали, что судопроизводство могло быть предпринято по инициативе задержанной, необходимым элементом возбуждения производства по делу должно было стать заявление прокурора о мере пресечения. Действия в рамках ст.108 УПК РФ были начаты более чем чрез месяц после ареста заявителя и после заявления прокурора. В данных обстоятельствах Суд отметил, что не может считать, что заявитель сохранила право на возбуждение производства, посредством которого суд смог бы оценить законность содержания заявителя под стражей.

Европейский Суд постановил, что Уголовно-процессуальный кодекс РФ предусматривает, в принципе, юридическое рассмотрение жалоб о предполагаемых нарушениях прав и свобод, что предположительно может включать конституционное право на свободу. Указанные положения предполагают возможность подавать иски только в отношении «сторон, участвующих в уголовном судопроизводстве» (ст.125 УПК РФ).

Европейский Суд отметил, что российские власти постоянно отказывались признавать позицию заявителя в качестве стороны-участника уголовного процесса. Данный подход отрицал способность заявителя требовать пересмотра дела в порядке надзора на предмет законности ее заключения.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение пункта 4 ст.5 Конвенции, поскольку заявитель не располагала юридическими средствами, посредством которых могла бы инициировать пересмотр дела в порядке судебного надзора на предмет законности ее заключения.

3. По делу «Исмоилов и другие против Российской Федерации» заявители сообщили, что 18 июня 2005 года были арестованы в г. Иваново в связи с уголовным преследованием на территории Узбекистана. Они не были проинформированы о причинах ареста. 20 июня 2005 года были допрошены сотрудниками НСБУ из Узбекистана, которые избивали их и угрожали пытками в Узбекистане. 14 июля 2005 года адвокат заявителей подал жалобу в Советский и Фрунзенский районные суды г. Иваново о незаконном взятии под стражу. В удовлетворении жалобы было отказано по формальным основаниям. Заявители утверждали, что их попытки добиться судебного пересмотра содержания под стражей не дали результата. Судебными Решениями от 2 и 5 марта 2007 года Советский, Ленинский, Фрунзенский и Октябрьский районные суды г. Иваново, по собственным мотивам указали освободить заявителей. Суды установили, что ст. 109 УПК РФ применяется в отношении содержания под стражей и в связи с экстрадицией, эта статья устанавливает максимальный срок содержания под стражей 18 месяцев. Так как заявители находились под стражей более 20 месяцев, они были освобождены.

Европейский Суд указал, что все попытки заявителей рассмотреть их ходатайства в гражданском или уголовном судопроизводстве не увенчались успехом. На протяжении всего срока содержания под стражей они не имели в своем распоряжении какой-либо процедуры для судебного пересмотра его законности.

4. По делу «Худякова против России» заявитель жаловалась на задержки при рассмотрении правомерности ее заключения, в частности, заявляла о том, что жалоба ее адвоката, по-данная в суд г. Петрозаводска 15 августа 2003 года об ее освобождении из-под стражи в ожидании экстрадиции, была рассмотрена судом лишь 2 сентября 2003 года. Европейский суд установил нарушение п.4 ст.5 Конвенции и отметил, что установленные им задержки в 23 дня в суде первой инстанции, 43 дня и 32 дня в судах последующих инстанций лежат на властях. Также Европейский Суд отметил, что вопрос о соблюдении прав человека, со-гласно п.4 ст.5 Конвенции, нужно рассматривать отдельно в каждом случае с учетом обстоятельств каждого дела.

5. По делу «Эминбейли против Российской Федерации» Европейский Суд постановил, что имело место нарушение ст. 5 Конвенции, поскольку между датой задержания заявителя 19 сентября 2001 года по запросу Азербайджана и вынесением прокурором Центрального района г. Санкт-Петербурга постановления от 25 октября 2001 г. об освобождении заявителя из-под стражи не было вынесено никакого решения, санкционирующего содержание заявителя под стражей.

Заявитель, являющийся гражданином Швеции, прибыл в Россию из Азербайджана 26 февраля 1996 года. В 2001 году заявитель получил статус беженца. 19 сентября 2001 года заявитель был задержан сотрудниками милиции и заключен под стражу в ИВС по ГУВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области согласно полученному по факсу от начальника управления милиции г. Гянджа Азербайджанской республики от 10 сентября 2001 года письму с просьбой об аресте заявителя за совершение кражи.

Заявитель жаловался на то, что не мог добиться эффективного судебного рассмотрения законности содержания его под стражей.

1 октября 2001 года адвокат заявителя подал заявление в Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга об освобождении заявителя из-под стражи. Заявление было направлено в прокуратуру г. Санкт-Петербурга. Адвокат заявителя подал в городской суд г. Санкт-Петербурга жалобу, в которой обжаловал передачу жалобы в прокуратуру, по результатам чего материалы дела были переданы обратно в Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга, который 8 февраля 2002 года рассмотрел первоначальное заявление об освобождении и дополнительные жалобы и отклонил их, постановив, что содержание под стражей было законным. 26 февраля 2002 года решение суда было оставлено без изменения судом апелляционной (кассационной) инстанции.

Европейский Суд, установивший нарушение п.4 ст.5 Конвенции, указал, что задержка в рассмотрении властями законности содержания заявителя под стражей, в принципе, лишила рассмотрение требуемой эффективности. Европейский Суд отметил, что тот факт, что заявитель был освобожден из-под стражи 25 октября 2001 года, до того, как его заявление об освобождении было рассмотрено Дзержинским районным судом г. Санкт-Петербурга, не лишает жалобу цели, поскольку период лишения свободы, о котором идет речь, составил тридцать семь дней.

6. По делу «Муминов против России» заявитель – гражданин Узбекистана был задержан 2 февраля 2006 г. в г. Грязи (Россия) и заключен под стражу в связи с запросом Республики Узбекистан (участие в антиконституционной деятельности).

22 сентября 2006 г. Генеральная Прокуратура РФ отклонила требование об экстрадиции. Однако 24 октября 2006 г. заявителя выслали в Узбекистан при следующих обстоятельствах.

В 19 час. 17 мин. по Московскому времени Европейский Суд уведомил Правительство РФ о том, что заявитель не подлежит высылке в Узбекистан до особого распоряжения. По утверждению правительства, заявитель вылетел в Ташкент рейсом в 19-20. Вместе с тем, по информации компании «Узбекские авиалинии», заявитель вылетел из Москвы 24 октября 2006 г. рейсом в 23-50.

15 января 2007 г. Джанкурганский уголовный суд Узбекистана обвинил заявителя в незаконных действиях против конституционного порядка и приговорил к 5 годам 6 месяцам лишения свободы.

Европейский Суд указал, что высылка заявителя в Узбекистан привела к нарушению ст. 3 Конвенции, а также установил нарушение п.4 ст.5 Конвенции, поскольку заявитель, отбывая срок содержания под стражей, не имел доступа к процессуальным нормам для осуществления судебного контроля над его правомерностью.

Европейский Суд отметил, что средство правовой защиты должно быть доступным в ходе содержания лица под стражей для предоставления данному лицу возможности безотлагательного судебного контроля над правомерностью средства.

Суд отметил, что формулировки ст.ст.108, 109 УПК РФ не предполагают, что лицо, содержащееся под стражей, имеет право совершать процессуальные действия по рассмотрению правомерности своего содержания под стражей, причем необходимым элементом для возбуждения подобного судебного разбирательства являлось ходатайство прокурора о продлении срока содержания под стражей. В настоящем деле прокурор не подал ходатайства о продлении срока содержания заявителя под стражей.

Помимо нарушений, выявленных Европейским Судом по делам об экстрадиции, достаточно много нарушений, связанных с несоблюдением разумных сроков рассмотрения жалоб на продление срока содержания под стражей.

7. Так, по делу «Фурсенко против России» заявитель жаловался, что несколько жалоб, касающихся его предварительного заключения, не были рассмотрены судом в кратчайшие сроки, либо не были рассмотрены вовсе. При этом Европейский Суд установил, что иск заявителя от 28 февраля 2002 года, касающийся предполагаемой незаконности его предварительного заключения, отклонен Московским районным судом г. Тверь 26 марта 2002 г., 4 июня 2002 г. решение было отменено по апелляции в Тверском областном суде, дело направлено на новое рассмотрение. 26 июля 2002 года Московский районный суд г. Тверь вновь отклонил иск заявителя. 8 октября 2002 года областной суд отменил данное решение и вновь направил материал на новое рассмотрение в районный суд. 31 октября 2002 года районный суд прервал процесс, касающийся иска заявителя, на основании того, что дело уже передано в суд.

Европейский Суд отметил, что ходатайство заявителя об освобождении не было рассмотрено настолько быстро, как того требует ст. 5 п.4 Конвенции, а заявитель так и не получил окончательного мнения суда относительно его иска.

Кроме того, Европейский суд отметил, что 12 июля 2002 года Московский районный суд г. Тверь продлил срок предварительного заключения заявителя до 6 августа 2002 года. Апелляция (кассационная жалоба) заявителя была рассмотрена Тверским областным судом 29 октября 2002 года – через 2 месяца и 23 дня после того как срок, на который была продлена стража, истек.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение ст. 5 п. 4 Конвенции в отношении неспособности властей быстро рассмотреть иск заявителя от 28 февраля 2002 года и вынести окончательное решение по данному иску, также, как и неспособность быстро рассмотреть апелляцию заявителя против решения от 12 июля 2002 года.

8. По делу «Попов и Воробьев против России» заявители пожаловались на то, что они не смогли добиться судебной проверки законности своего заключения под стражу с указанием на то, что их жалобы и ходатайства об освобождении, поданные в Фрунзенский районный суд г. Владивостока, даже не рассматривались судом.

Европейский Суд установил, что 11 октября 2000 года во время судебного заседания заявители подали ходатайства об освобождении, которые были приобщены к материалам уголовного дела. Кроме того, второй заявитель подал жалобу об освобождении до суда 20 февраля 2001 года. Всего в период с 29 октября 2000 года по 20 февраля 2001 года заявителями было подано восемь жалоб и ходатайств об освобождении, и лишь на одну из жалоб, поданную заявителем 3 января 2001 года, Фрунзенским районным судом г. Владивостока был дан ответ. Данный ответ не содержал сведений по поводу того, состоялось или нет рассмотрение жалобы, ответом признавалось получение жалобы и констатировалось без указания причин и обращения к каким-либо доводам заявителя, что оснований для изменения меры пресечения не имеется. Остальные жалобы и ходатайства заявителей, поданные между 29 октября 2000 года и 20 февраля 2001 года, остались без ответа Фрунзенского районного суда г. Владивостока, что привело к тому, что судебное рассмотрение правомерности заключения заявителей под стражу не было проведено.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение п.4 ст.5 Конвенции, поскольку заявителям было отказано в праве на судебное решение в отношении правомерности их предварительного заключения под стражу.

 9. По делу «Старокадомский против России» заявитель, отбывающий наказание по приговору Московского городского суда от 27 октября 2004 года, жаловался на то, что его жалобы на распоряжения о содержании его под стражей от 3 июля, 30 сентября и 18 декабря 2002 года, 24 марта, 30 июня и 30 сентября 2003 года и 30 марта 2004 года не были рассмотрены безотлагательно.

Европейский Суд установил, что жалоба заявителя на постановление от 3 июля 2002 года была подана 12 июля 2002 года и рассмотрена Верховным Судом Российской Федерации 2 апреля 2003 года. Жалоба на постановление от 30 сентября 2002 года была подана заявителем 10 октября 2002 года и рассмотрена Верховным Судом Российской Федерации 17 февраля 2003 года. Таким образом, разбирательство дела в апелляционной инстанции заняло, соответственно, более восьми и более четырех месяцев.

Продолжительность задержек рассмотрения жалоб заявителя, поданных на постановления от 18 декабря 2002 года, 24 марта, 30 июля и 30 сентября 2003 года и 30 марта 2004 года, составляла от трех до девяти месяцев.

Кроме того, Европейский Суд отметил, что жалобы заявителя на постановления о содержании под стражей рассматривались только после того, как Московский городской суд выносил новое постановление о содержании под стражей. Жалоба заявителя на постановление от 3 июля 2002 года была рассмотрена даже после того, как было принято решение по жалобе на следующее постановление от 30 сентября 2002 года. Жалобы на постановления от 18 декабря 2002 года, 24 марта и 30 июля 2003 года были рассмотрены вместе только 16 октября 2003 года.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение п.4 ст.5 Конвенции ввиду указанных задержек в рассмотрении жалоб заявителя на постановления суда о содержании заявителя под стражей.

10. По делу «Моисеев против России» Европейский Суд постановил, что имело место нарушение ст. 5 на основании невыполнения требования о «разумных сроках».

Заявитель подал жалобу на то, что его апелляции на решения Московского городского суда от 15 сентября, 1 декабря 2000 года и 16 апреля 2001 года об отказе в удовлетворении ходатайства об освобождении не были рассмотрены Верховным Судом РФ, его жалобы, поданные в июле 2001 года, рассмотрены Верховным Судом РФ только 26 сентября 2001 года, то есть спустя более шести недель после того, как ему был оглашен обвинительный приговор.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение ч.4 ст.5 Конвенции, поскольку установил, что апелляция заявителя от 15 сентября 2000 года на решение городского суда от 11 сентября 2000 года и апелляция на решение городского суда от 1 декабря 2000 года не были рассмотрены в Верховном Суде РФ. Апелляции заявителем были поданы в пределах временных рамок и в соответствии с процедурами, описанными в российском законодательстве.

Поданные заявителем 16 и 24 июля и в начале августа 2001 года апелляции на решения городского суда от 10, 20 и 31 июля 2001 года, которыми были отклонены его прошения об освобождении, были рассмотрены Верховным Судом РФ 26 сентября 2001 года, то есть, соответственно, спустя двадцать один, шестьдесят три и примерно пятьдесят дней. Нет доказательств того, что заявитель, подав апелляции, дал какие-либо поводы к задержке их рассмотрения.

11. По делу «Лебедев против России» Европейский Суд постановил, что имело место нарушение ст. 5 Конвенции, выразившееся в незаконном содержании заявителя под стражей с 31 марта по 6 апреля 2004 г., длительным рассмотрением Московским городским судом жалобы на постановление о продлении срока содержания под стражей, отсутствием заявителя в судебном заседании.

Заявитель обжаловал ряд процессуальных нарушений в рамках производства по вопросу содержания его под стражей.

Европейский Суд постановил, что имели место нарушения п.4 ст.5 Конвенции: 1) 23 июля 2003 года, поскольку суд не допустил к участию в судебном заседании адвокатов заявителя по при-чине несвоевременной явки адвокатов в судебное заседание, ссылаясь на непубличный характер судебного разбирательства;

2) кассационная жалоба на постановление Басманного районного суда г. Москвы от 26 декабря 2003 года по вопросу содержания заявителя под стражей была рассмотрена Московским городским судом 9 февраля 2004 года, то есть через 44 дня;

3) чрезмерно долго – через 67 дней (9 июня 2004 года) — Московским городским судом была рассмотрена кассационная жалоба заявителя на постановление Мещанского районного суда г. Москвы о продлении срока содержания заявителя под стражей от 6 апреля 2004 года;

4) заявитель, содержащийся под стражей, и его адвокаты не участвовали в судебном заседании 8 июня 2004 года при рассмотрении в Мещанском районном суде г. Москвы вопроса о продлении срока содержания заявителя под стражей; в постановлении от 8 июня 2004 года отсутствовали основания в поддержку решения суда о продлении срока содержания заявителя под стражей, в связи с чем обсуждаемые в судебном заседании 8 июня 2004 года вопросы требовали личного присутствия заявителя; заявитель не участвовал также при рассмотрении Московским областным судом его кас-сационной жалобы 29 июля 2004 года на постановление от 8 июня 2004 года; кроме того, его кассационная жалоба была рассмотрена через 50 дней после заседания 8 июня 2004 года.

12. По делу «Бахмутский против Российской Федерации» заявитель был арестован 3 марта 1998 г. и содержался под стражей по подозрению в похищении человека и мошенничестве; 13 марта был отпущен под залог и скрылся, совершив новое преступление.

5 мая 1999 г. заявитель вновь арестован;

14 июля, 7, 16 сентября и 30 ноября 1999 г. прокурор Ростовской области продлял срок содержания под стражей до 24 марта 2000 г.

29 марта 2000 г. Ростовский областной суд назначил дату рассмотрения дела и оставил без изменения меру пресечения.

13 июля 2000 г. суд признал заявителя виновным и приговорил к 12 годам лишения свободы.

2 ноября 2000 г. Верховный Суд РФ отменил приговор, дело направил на новое судебное рассмотрение, меру пресечения оставил без изменения.

14 мая 2001 г. Ростовский областной суд признал заявителя виновным и приговорил к 16 годам лишения свободы.

16 января 2002 г. Верховный Суд РФ вновь отменил приговор, дело направил на новое судебное рассмотрение, меру пресечения оставил без изменения.

С 24 февраля 2002 г. по 25 февраля 2004 г. слушание дела откладывалось более чем 50 раз

1 июля 2002 г. определением Ростовского областного суда срок содержания под стражей продлен до 1 октября 2002 г. на основании тяжести предъявленного обвинения.

В дальнейшем срок содержания под стражей неоднократно продлялся, последний раз до 19 мая 2004 года с той же формулировкой.

Определением от 19 февраля 2004 г. Ростовский областной суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 19 мая 2004 года на основании тяжести предъявленного обвинения. Заявитель вновь обжаловал данное решение в Верховный Суд РФ.

17 мая 2004 г. Ростовский областной суд приговорил заявителя к 13 годам лишения свободы.

10 марта 2005 года, то есть после вынесения приговора, определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ прекращено производство по надзорной жалобе заявителя на определение от 19 февраля 2004 г. о продлении срока содержания под стражей со ссылкой на то, что на тот момент судебное разбирательство в отношении заявителя завершилось вынесением приговора, который обжалован в кассационном порядке.

Заявитель жаловался на то, что был лишен права на эффективный судебный пересмотр его дела относительно решения об увеличении срока его содержания под стражей от 19 февраля 2004 года. Власти признали, что прекращение производства по кассационной жалобе заявителя в отношении решения о продлении срока содержания под стражей от 19 февраля 2004 года приравнивается к нарушению прав заявителя.

Европейский суд установил, что имело место нарушение п.4 ст.5 Конвенции.

13. По делу «Штейн (Штайн) против России» заявитель взят под стражу 9 декабря 2004 года по подозрению в распространении МДМА.

18 мая 2005 г. заявителю предъявлено обвинение в контрабанде наркотических средств из Германии в Россию.

Срок содержания под стражей продлялся до 2 марта 2006 г., т.е. общий срок составил 14 месяцев 24 дня.

23 января 2006 г. заявитель был предан суду. Суд вернул дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, оставив заявителя под стражей без указания предельного срока

19 сентября 2006 г. суд вновь вернул дело прокурору, продлив стражу до 29 ноября 2006 г.

В дальнейшем суд по поступившему к нему и находившемуся в его производстве делу неоднократно отказывал заявителю в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения, продлял срок содержания под стражей до 7 мая 2008 г.

Заявитель жаловался на то, что его жалобы на постановления о содержании под стражей от 2 июня 2006 года и 31 июля 2007 года не были быстро рассмотрены.

Европейский суд установил нарушение п.4 ст.5 Конвенции, поскольку апелляционные жалобы заявителя от 5 июня 2006 года — на решение о содержании под стражей от 2 июня 2006 года, от 31 июля 2007 года – на решение об отказе в удовлетворении заявления заявителя об освобождении из-под стражи были рассмотрены 22 сентября 2006 года и 6 декабря 2007 года соответственно.

14. По делу «Матюш против России» заявитель была арестована 8 марта 1999 г. по подозрению в мошенничестве — организации финансовой пирамиды.

Сроки содержания под стражей неоднократно продлялись прокурорами разных уровней до 8 сентября 2000 г. Основания продления одни и те же: тяжесть предъявленных обвинений и склонность заявителя к побегу и к уклонению от правосудия.

23 августа 2000 г. председатель Омского областного суда санкционировал продление ареста до 8 марта 2001 г. для ознакомления обвиняемой с материалами дела.

Данное решение отменено Верховным Судом РФ 22 ноября 2000 г. в связи с отсутствием надлежаще оформленного решения судьи и протокола судебного заседания.

В дальнейшем срок содержания заявителя под стражей продлялся Омским областным судом, последний раз 25 декабря 2002 г. до 1 апреля 2003 г.

17 апреля 2003 г. Верховный Суд РФ отменил решение от 25 декабря 2002 г., освободив заявителя под подписку о невыезде.

21 апреля 2004 г. Омский областной суд признал заявителя виновной в мошенничестве в особо крупных размерах и приговорил к 7 годам лишения свободы.

Кассационная инстанция приговор оставила без изменения.

Заявитель подала жалобу согласно п.4 ст.5 Конвенции о том, что суды «своевременно» не разобрали вопрос о законности содержания ее под стражей.

Европейский Суд указал, что у внутригосударственных органов ушло приблизительно пятнадцать, три с половиной, шесть с половиной и четыре месяца на рассмотрение ходатайств заявителя об освобождении и ее апелляционных жалоб против предписаний о заключении под стражу. Нет оснований полагать, что заявитель провоцировала задержки пи рассмотрении ее ходатайств об освобождении или ее апелляционных жалоб против предписаний о заключении под стражу.

Европейский Суд отметил довод правительства о том, что разбирательства были приостановлены по причине поведения сообвиняемых заявителя и указал, что такая практика, когда внутригосударственный суд предпочитает задерживать судебные разбирательства, в ходе которых должен был быть решен вопрос о продолжавшемся ограничении свободы заявителя только для издания коллективного предписания о заключении под стражу, не совместима с гарантиями п.3 ст.5 Конвенции.

Европейский Суд установил нарушение п.4 ст.5 Конвенции и указал, что указанные выше четыре срока не могут рассматриваться совместимыми с требованиями «оперативности».

15. По делу «Губкин против России» заявитель был арестован 10 июня 1998 г. по подозрению в незаконном сбыте наркотических средств, 11 июня 1998 г. ему предъявлено обвинение по ч.1 ст. 228 УК РСФСР за незаконное приобретение и хранение 0,26 гр опиума, в тот же день взят под стражу. Позднее предъявлено обвинение по ч.2 ст. 126, ч.1 ст. 139 ч.3 ст. 163 УК РСФСР (очевидно, УК РФ) в совершении похищения человека, незаконном проникновении в жилище и вымогательстве.

10 января 1999 г. заявитель осужден Ворошиловским районным судом г. Ростова-на-Дону по ч.1 ст. 228 УК РСФСР к 1 году лишения свободы.

13 июня 2000 г. Ростовский областной суд приговорил заявителя по ч.2 ст. 126, ч.1 ст. 139 ч.3 ст. 163 УК РСФСР к 10 годам 6 месяцам лишения свободы.

2 ноября 2000 г. Верховный Суд РФ отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение, оставив меру пресечения без изменения.

14 мая 2001 г. Ростовский областной суд вынес обвинительный приговор, приговорив заявителя к 13 годам лишения свободы.

16 января 2002 г. Верховный Суд РФ отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение, оставив меру пресечения без изменения.

В дальнейшем срок содержания под стражей неоднократно продлялся Ростовским областным судом.

17 мая 2004 г. Ростовский областной суд вынес обвинительный приговор за мошенничество, похищение человека, вымогательство, ограбление, лишение свободы, незаконное проникновение в жилище, хищение официальных документов, приговорив заявителя к 11 годам 6 месяцам лишения свободы.

10 марта 2005 г. Верховный Суд РФ изменил приговор, снизив наказание до 11 лет лишения свободы.

Заявитель жаловался на то, что был лишен права на эффективное рассмотрение судом его жалоб на постановления о продлении срока содержания под стражей, а также на то, что ему не было разрешено принимать участие в слушаниях дела в кассационной инстанции.

Европейский суд установил, что имело место нарушение п.4 ст.5 Конвенции, поскольку имела место задержка рассмотрения в кассационном порядке ряда жалоб заявителя на постановления о содержании его под стражей (от 1 июля, 1 октября и 31 декабря 2002 года, 31 марта, 26 июня, 25 сентября и 15 декабря 2003 года). Европейский Суд указал, что задержка с рассмотрением жалоб составляла приблизительно 4 месяца, не усмотрев в этом вины заявителя; такие задержки не могут считаться соответствующими требованию «безотлагательности».

Кроме того, Европейский Суд по правам человека указал, что нерассмотрение жалоб заявителя на решения о содержании его под стражей от 17 февраля, 21 июня, 25 декабря 2003 года, а также от 2 февраля и 5 февраля 2004 года по тем основаниям, что за это время заявитель был признан виновным, также является нарушением п.4 ст.5 Конвенции, поскольку данное обстоятельство свидетельствует о лишении права заявителя на судебное решение относительно правомерности его предварительного заключения; кроме того, судебная инстанция отметила, что национальным законодательством не предусмотрено оснований для прекращения производства относительно правомерности содержания под стражей до суда.

16. По делу «Юдаев против России» заявитель утверждал, что рассмотрение жалобы на постановление суда о взятии его под стражу от 30 апреля 2003 года не соответствует требованиям п.4 ст.5 Конвенции.

Европейский Суд установил нарушение п.4 ст.5 Конвенции при рассмотрении кассационной жалобы заявителя на постановление о взятии его под стражу, которое выразилось в том, что в суде кассационной инстанции присутствовал только прокурор, заявителю, находящемуся под стражей, не предоставили возможность присутствовать в зале суда, а адвокат заявителя не была уведомлена о дате слушания. Европейский Суд отметил, что, для соблюдения принципа равноправия сторон, необходимо было предоставить заявителю возможность присутствовать лично либо через своего представителя, наряду с присутствием прокурора при рассмотрении кассационной жалобы. Несмотря на отмену решения кассационной инстанции в надзорном порядке, Европейский Суд установил нарушение прав заявителя, которое выразилось в том, что заявитель был вынужден подать надзорную жалобу, что привело к новому слушанию и неоправданной задержке в 71 день в отношении окончательного решения по кассационной жалобе заявителя. Ответственность за данную задержку лежала на государственных органах, поскольку передача дела для повторного рассмотрения в другую инстанцию была применена в результате ошибочных действий, допущенных судом низшей инстанции.

17. По делу «Алехин против России» заявитель приговором Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 сентября 2008 осужден по ч.2 ст. 172 УК РФ к 6 годам лишения свободы. Заявитель жаловался, что его кассационная жалоба на постановление о заключении под стражу от 9 августа 2007 года не была рассмотрена безотлагательно. В связи с этим Европейский Суд отметил, что рассмотрение кассационной жалобы на постановление о заключении под стражу от 9 августа 2007 года длилось в течение 50 дней, и власти Российской Федерации не предоставили объяснения такой задержке. Данная задержка, по мнению Европейского Суда, не может считаться совместимой с требованиями «безотлагательности», то есть имело место нарушение п.4 ст. 5 Конвенции.

18. По делу «Ананьин против России» заявитель, обвиняемый в совершении ряда тяжких и особо тяжких преступлений, жаловался на то, что его кассационная жалоба от 14 апреля 2005 года на решение Волгоградского областного суда о продлении срока содержания под стражей не была рассмотрена Верховным Судом РФ. Несмотря на возражения властей, утверждавших, что кассационная жалоба была рассмотрена 8 июня 2005 года в соответствии со ст. 374 УПК РФ, Европейский суд отметил, что заявитель подал кассационную жалобу на постановление от 14 апреля 2005 года. Данная жалоба была рассмотрена и отклонена Верховным Судом РФ 8 июня 2005 года, через 55 дней, данный период не может считаться соответствующим требованию о «быстроте», изложенному в п.4 ст. 5 Конвенции. Кроме того, заявитель и его адвокат не присутствовали на слушании в суде кассационной инстанции, в то время как прокурор присутствовал. Тем самым не было обеспечено равенство сторон. Более того, ни заявитель, ни его адвокат не были уведомлены о результате рассмотрения кассационной жалобы, не получили копии решения, следовательно, заявитель пребывал в неведении относительно решения в течение многих месяцев и был лишен эффективного контроля касательно законности его содержания под стражей.

19. По делу «Ламажик против России» заявитель жаловался на длительное рассмотрение Верховным Судом РФ его кассационной жалобы на постановление Верховного Суда Республики Тыва от 25 сентября 2003 года о продлении срока содержания его под стражей на 3 месяца.

В связи с этим Европейский Суд отметил, что Верховному Суду РФ потребовалось более 2 месяцев для рассмотрения кассационной жалобы. Нет основания полагать, что действия заявителя были причиной для задержек в рассмотрении его кассационной жалобы. Власти не привели ни одного конкретного примера того, как заявитель провоцировал задержки в разбирательстве, данные задержки были вызваны действиями властей. Тот факт, что заявитель был признан виновным в уголовном преступлении и срок предварительного заключения был засчитан в срок заключения по приговору, не может обосновать отсутствие безотлагательного рассмотрения его ходатайств об освобождении или его кассационных жалоб на решения о заключении под стражу. Таким образом, имело место нарушение п.4 ст. 5 Конвенции.

20. По делу «Назаров против России» заявитель в 2004 году был взят под стражу на основании постановления Фрунзенского районного суда г. Владимира по обвинению в незаконном приобретении и хранении наркотических средств в особо крупном размере. В дальнейшем срок содержания под стражей неоднократно продлялся.

Заявитель жаловался на то, что национальные суды не рассмотрели его кассационные жалобы на несколько постановлений о продлении срока его содержания под стражей «безотлагательно».

В связи с этим Европейский Суд отметил, что на рассмотрение каждой из кассационных жалоб, поданных адвокатом заявителя, областному суду потребовалось около месяца. Время, потраченное на рассмотрение жалоб, во всех случаях составляло не менее 27 дней. Нет причин предполагать, что задержки в производстве произошли по вине заявителя. Таким образом, имело место нарушение п.4 ст. 5 Конвенции.

21. Аналогичные нарушения выявлены Европейским Судом по делу «Исаев против России», когда национальным судам потребовалось 63 и 29 дней для рассмотрения ходатайств заявителя об освобождении, поданных в октябре и ноябре 2003 года. Нет основания полагать, что действия заявителя были причиной для задержек в рассмотрении его ходатайств. Все задержки, по мнению суда, были вызваны действиями властей.

Исходя из приведенных примеров, Автор отмечает, что причинами нарушений положений пункта 4 статьи 5 Конвенции служат:

1) неоправданно длительный срок рассмотрения кассационных жалоб заявителей;

2) непредставление заявителю и (или) его защитнику возможности принять участие в рассмотрении кассационной жалобы;

3) прекращение судом кассационной инстанции производства по кассационной жалобе на продление срока содержания под стражей в связи с вынесением по делу судом первой инстанции обвинительного приговора.

4) не основанное на законе нежелание судов распространять требования национального уголовно-процессуального закона (ст.ст. 108, 109 УПК РФ), на вопросы, возникающие при содержании под стражей лиц, задержанных в соответствии с запросами правоохранительных органов иностранных государств.

07.02.2012 год Ярослав Михайлов. Юридическая консультация «Право-законЪ».

Публикации по этой теме:

1. О статье 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод
2. Типичные нарушения норм Европейской Конвенции, допускаемые судами России
3. О применении статей 6,7,14 Европейской Конвенции, статьи 4 Протокола 7 Европейской Конвенции по делам о рецидиве преступлений
4. Европейский суд по правам человека разбирается с пережитками режима прописки

Уголовный кодекс РФ устанавливает, что лицо, осужденное за совершение преступления считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости (часть 1 статьи 86 УК РФ). Момент погашения (снятия) судимости не совпадает с моментом отбытия наказания осужденным; состояние судимости продолжается и после отбытия наказания в течении определенного срока (часть 3 статьи 86 УК РФ), в зависимости от характера и степени общественной опасности совершенного преступления. Именно в этом состоит содержание судимости как специфического уголовно-правового явления.

Наличие судимости по приговору суда порождает особые уголовно-правовые отношения с государством (Россией): при совершении новых преступлений судимость служит основанием для дополнительных уголовно-правовых обременений. Судимость явилась необходимым условием признания совершенных преступлений рецидивом.

Объясняется это тем, что совершение нового преступления в установленный законом срок после отбытия наказания, свидетельствует о «повышенной опасности такой личности», что уже само по себе повышает степень общественной опасности последующего преступного поведения и поэтому предполагает применение более строгих мер уголовной ответственности и наказания (части 1 и 5 статьи 18, часть 1 статьи 63 УК РФ). Судимость как качественная уголовно-правовая характеристика «состояния личности», повышая степень общественной опасности поведения? существенно влияет на усиление наказания, ужесточая тем самым уголовную политику и практику.

Таким образом, согласно уголовно-правовой доктрине и положениям УК РФ, лицо, отбыв наказание по приговору суда, искупив свою вину, продолжает находиться под подозрением в возможности совершения нового преступления. Это подозрение является публичным «клеймом» государства. Судимость, как своеобразный уголовно-правовой испытательный срок для лица, отбывшего наказание, по существу, означает превентивное, продолжающееся уголовное наказание, которое становится дополнительным наказанием в случае совершения нового преступления.

Судимость как явление «объективного» и «субъективного» уголовного права — аморальна, противоречит принципам права, справедливости и гуманизма.

В УК РФ относительно судимости имеется внутренне противоречие. С одной стороны, лицо, совершившее преступление, но освобожденное от наказания, является несудимым (часть 2 статьи 86 УК РФ). С другой стороны, лицо, отбывшее наказание, и, следовательно, искупившее свои вину, продолжает считаться судимым.

Нельзя согласиться с характеристикой судимости («прежней судимости») как фактора, определяющего повышенную общественную опасность лица, отбывшего наказания и совершенного им нового преступления. Лицо не может нести бремя дополнительных ограничений прав и свобод в результате того, что оно отбыло наказание за совершенное преступление, равно как предыдущее преступление, уже погашенное отбытием наказания за него, не может влиять на уголовно-правовую оценку последующего неправомерного поведения, характер и степень его общественной опасности.

Использование судимости при квалификации преступления как рецидива и при определении меры наказания за новое преступление может порождать ситуации, что отбытое наказание за совершенное преступление учитывается дважды, если иметь ввиду буквальный смысл положений УК РФ о том, что судимость «учитывается при рецидиве преступления и при назначении наказания». Следовательно, предусматривая судимость как специфическое уголовно-правовое явление и как институт уголовного права, УК РФ вступает в противоречие с общеправовым принципом «non bis in idem», закрепленным в положениях статьи 4 протокола 7 Конвенции.

В этом контексте учет прошлой судимости при полном отбытии наказания по приговору суда незаконно и несправедливо используeтся в целях назначения более строгого и сурового наказания за новые преступления при постановлении нового приговора суда.

По мнению Европейского суда, статья 14 Конвенции запрещает дискриминацию на основании личных особенностей личности (статуса), которые отличают группы людей друг от друга. Лицо, имеющее судимость, к которому был применен рецидив преступлений, подвергается дискриминации по признаку наличия судимости.

03.02.2012 г. Ярослав Михайлов (юридическая консультация «Право-законЪ»)

Публикации по этой теме:

1. Типичные нарушения норм Европейской Конвенции, допускаемые судами России
2. О статье 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод
3. О нарушении статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод
4. Адвокат по уголовным делам в современном мире

Как показал анализ дела гр.С., в котором принимал участие автор данной публикации, суды Российской Федерации продолжают нарушать нормы Европейской Конвенции (далее — Конвенции).

Анализ дела гр. С. показал, что наиболее распространенным нарушением со стороны судов Российской Федерации является игнорирование ими норм статьи 6 Конвенции.

1) Так, по делу гр. С. (расследовалось в 2006-2007 годах СЧ СУ при УВД по Кировской области) обвиняемым С. был подан целый ряд жалоб в суды города Кирова на нарушение его конституционных прав органами следствия, по которым судами выносились в большинстве своем Постановления об отказе в их удовлетворении. Обвиняемый С. обжаловал данные решения в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Кировского областного суда; при этом в своих кассационных жалобах настаивал на рассмотрение дела в кассационной инстанции со своим участием (либо лично в суде, либо по конференцсвязи).

Однако, судебной коллегией по уголовным делам Кировского областного суда во всех случаях выносились определения, что в части участия обвиняемого в судебном заседании отказать, поскольку им доводы его понятны и они подробно изложены. То есть, Кировским областным судом Российской Федерации было нарушено то положение статьи 6 Конвенции, которое регламентирует участие в суде гражданина, чьи права нарушены (иными словами, судом нарушалось равное процессуальное положение сторон, участвующих в деле, отсутствовала состязательность сторон в процессе, обвиняемый был лишен права защищать свои права лично, свободно представлять доказательства).

2) По этому же делу при рассмотрении жалоб гр.С. в судах ему отказывали в возможности защищать свои права с помощью избранного им самим защитника, мотивируя тем, что УПК (уголовно-процессуальный кодекс РФ) не предусматривает (!!!) возможность участия защитника на данной стадии (то есть, районные суды игнорировали то положение статьи 6 Конвенции, где говорится о праве гражданина, чьи права нарушены, пользоваться помощью избранного им самим защитника).

3) Рассматривая дело С., необходимо обратить внимание на его следующий аспект. Октябрьским районным судом города Кирова в отношении гр. С. (на тот момент — подозреваемого) была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Дело было обыденным, возбуждено по статье 159 часть 3 УК РФ и носило явный экономический характер. Сведений, составляющих государственную тайну, не содержало. Однако судебное заседание, на котором была избрана данная мера пресечения, носило закрытый характер. То есть судом был нарушен тот принцип Конвенции, которым гарантируется открытость и публичность рассмотрения дела, то есть статьи 6 Конвенции.

В дальнейшем, вплоть до декабря 2006 года, мера пресечения в виде заключения под стражу неоднократно продлевалась, но суды, без достаточных на то оснований, проходили также в закрытом судебном заседании.

4) Также суды нередко не принимали жалобы гр.С. к рассмотрению, утверждая, что права заявителя не нарушены (пять из шести таких решений вынесла судья Октябрьского районного суда города Кирова Копылова, одно — судья Глотова). То есть судом был нарушен тот принцип статьи 6 Конвенции, в котором говорится о праве граждан на доступ к суду. Данный вопрос был разрешен в пользу гр. С. только после обращения в аппарат уполномоченного по правам человека в РФ, которым по жалобам обвиняемого С. была инициирована проверка в Октябрьском районном суде г.Кирова.

5) После того, как в отношении гр. С. была избрана мера пресечения в виде его заключения под стражу, им было подано несколько исковых заявлений в суд по различным поводам, которые так любезно ему предоставили из-за своей оплошности сотрудники УВД по Кировской области. В качестве ответчиков по данным делам выступало МВД РФ, УВД Кировской области, следователь М. Однако, несмотря на то, что заявитель (истец) указывал на свое желание участвовать в судебном заседании по гражданскому делу, ему в этом судом было отказано. При этом свое решение суд мотивировал тем, что в ходе рассмотрения гражданского дела не может создать условия для участия лица, содержащегося под стражей, в судебном заседании и обеспечить его конвой. То есть суд допустил нарушение того положения статьи 6 Конвенции, в котором говорится о возможности быть выслушанным судом, защищать свои права лично, свободно представлять доказательства, об обеспечении равного процессуального положения сторон, участвующих в деле, состязательности в процессе.

6) Необходимо остановиться и на вопросе конфиденциальности в общении обвиняемого С. со своим защитником в здании Октябрьского районного суда. В 2006-2007 годах Октябрьский районный суд располагался на ул.Профсоюзной города Кирова, в пятиэтажном доме, примыкающем к Октябрьскому РОВД города Кирова. Беседы с защитником проходили на пороге комнаты конвоя и камеры, в которой содержались обвиняемые (подсудимые). Сотрудники конвоя и сокамерники слышали весь разговор между защитником и обвиняемым. Судебный Департамент при Кировском областном суде признал факт данного нарушения. В этом случае речь также идет о нарушении статьи 6 Конвенции, поскольку условий для защиты обвиняемого (подсудимого) защитником в суде не было создано.

По всем фактам автором данной статьи были поданы жалобы в Европейский суд по правам человека. В настоящее время все они объединены в одно досье и находятся на рассмотрении ЕСПЧ. Юридическая консультация «Право-законЪ» проводит юридические консультации для граждан по вопросам обращения в Европейский суд по правам человека на форуме http://pravo-zakon.ucoz.ru и на сайте http://pravo-zakon.jimdo.com

29 января 2012 года. Автор Михайлов Я.А. Юридическая консультация «Право-законЪ»

Публикации по этой теме:

1. О применении статей 6,7,14 Европейской Конвенции, статьи 4 Протокола 7 Европейской Конвенции по делам о рецидиве преступлений
2. О статье 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод
3. О нарушении статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод
4. Европейский суд по правам человека разбирается с пережитками режима прописки

Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) является правовой основой организации и деятельности Европейского суда по правам человека. Требования Конвенции являются обязательными для Российской Федерации. В Федеральном законе РФ от 30 марта 1998 года «О ратификации Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод» содержится заявление России о признании обязательными для нее юрисдикции Европейского суда по правам человека, а также Решений этого суда. Российская Федерация признает право граждан на обращение в Европейский суд по правам человека в течении шести месяцев после того, как исчерпаны внутригосударственные средства защиты их прав. Однако, общая идеология Европейского суда не допускает произвольного вмешательства в Решения правосудия государств – членов Совета Европы.

Судебные Решения, выносимые национальными судами, подвергаются критике в прецедентах Европейского суда при наличии нарушения в них основополагающих норм Конвенции, а также положений, направленных на защиту прав граждан, в том числе права на правосудие.

К этим положениям относят:

1. Доступ к суду.

Правам граждан должна быть обеспечена судебная защита. Отказ в правосудии запрещен.

То есть заинтересованное лицо должно иметь возможность добиться рассмотрения своего дела в суде, при этом, этому не должны препятствовать чрезмерные правовые или практические преграды (например, высокий размер государственной пошлины, недоступность адвокатской помощи, усложненные процедуры принятия судами заявлений, жалоб, исков граждан и т.д.).

2. Разрешение спора независимым судом.

Суд- это орган государственного правосудия, созданный на основе Закона и компетентный рассматривать дела, в равной степени независимый от законодательной и исполнительной властей, сторон, а также сторон, участвующих в деле, способный профессионально оценивать юридические факты и толковать нормативные акты.

3. Разрешение дела беспристрастным судом.

Суд должен, обязан беспристрастно оценивать юридические факты. Члены суда должны внушать доверие всем участникам процесса, обществу, не должны иметь личную заинтересованность. При этом, непредвзятость членов суда должна быть видимой, явной.

4. Справедливость судебного разбирательства дела.

Судебное разбирательство признается справедливым при условии обеспечения равного процессуального положения сторон, участвующих в деле, то есть у сторон должны отсутствовать какие-либо привилегии, преимущества, должна иметь место состязательность сторон в процессе; суд должен проверять законность методов получения доказательств, независимость экспертов и экспертиз, исследований. Решение суда должно быть мотивированны. Стороны, участвующие в деле, должны иметь фактическую возможность обжалования состоявшегося судебного Решения. Стороны по делу должны иметь возможность участия на всех стадиях рассмотрения дела. Лица, не участвующие в споре и чьи права не затрагиваются вынесенным Решением, не должны иметь возможность вмешательства дело, рассматриваемое судом.

5. Возможность быть выслушанным судом.

Лица, защищающие свои права, должны иметь возможность получать информацию о дате, времени и месте проведения судебного заседания, составе суда, своих правах и обязанностях, иметь возможность защищать свои права как лично, так и через посредство избранного ими защитника, представителя, получать помощь переводчиков, свободно представлять доказательства в защиту своих прав и т.д.

6. Разумность сроков разбирательства дела.

Под сроком разумности подразумевают весь срок рассмотрения претензий лица, защищающего свои права, включая срок фактического исполнения решения. При этом, необходимо учитывать, что разумность сроков устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств дела, его сложности, действий сторон в процессе, добросовестности суда. Если затягивание разбирательство происходит по инициативе лица, защищающего свои права (например, из-за необоснованной замены адвоката (защитника, представителя), неявки в судебное заседание, необоснованных ходатайств и т.д.), то Европейский Суд исключает из этого срока этот период.

Если же затягивание сроков происходит из-за неоправданных и ли незаконных действий государственных органов и лиц, действующих в официальном качестве, судов, то эти факты расцениваются как свидетельство нарушения принципа разумности сроков разбирательства дела.

7. Открытость и публичность рассмотрения дела.

Открытость и публичность рассмотрения дела обеспечивает возможность проведения судебного разбирательства в присутствии всех заинтересованных в исходе дела лиц. Кроме того, это положение включает в себя и публичное объявление судебного решения и передаче его в канцелярию для ознакомления всех заинтересованных лиц. При этом, Европейский суд поддерживает возможность опубликования текста судебного решения в средствах массовой информации, размещении его на сайте суда.

При подаче жалобы заявитель (лицо, защищающие свои права) должно четко понимать, что Европейский Суд не является вышестоящей инстанцией по отношению к национальным судам государств, ратифицировавших Конвенцию, и не обладает полномочиями пересмотра конкретных дел и изменять решения по ним.

28 января 2012 года Я.А.Михайлов

Публикации по этой теме:

1. О нарушении статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод
2. Типичные нарушения норм Европейской Конвенции, допускаемые судами России
3. О применении статей 6,7,14 Европейской Конвенции, статьи 4 Протокола 7 Европейской Конвенции по делам о рецидиве преступлений
4. Европейский суд по правам человека разбирается с пережитками режима прописки

Итак, суть новости: Министерство юстиции США выдвинуло обвинения против MegaUpload, назвав этот сервис «международной организованной криминальной организацией, ответственной за массовое онлайн пиратство по всему миру». При этом основатель сервиса Ким Дотком, а также три руководителя MegaUpload были арестованы 19.01.2012 в Окленде (Новая Зеландия) по запросу правительства США.

Заявитель (Минюст) утверждает, что MegaUpload, основатель этой компании Ким Дотком, а также его команда ответственны в получении «преступных доходов» в размере 175 млн. USD, а также ответственны «в причинении полумиллиардного вреда владельцем авторских прав». В частности, по мнению обвинения, Ким Дотком, а также шесть должностных лиц компании причастны к руководству сетью преступных сайтов, предназначенных для реализации модели бизнеса, в соответствии с которой предполагается продвижение загрузок наиболее популярных произведений, защищаемых авторским правом.

Дополнительно к этому Минюст сообщает, что MegaUpload использовала программу выплаты вознаграждений лицам, загружавшим контент, для целей «отмывания денег».

Во всем этом заявитель (Минюст) обвиняет арестованных, в целом всю компанию MegaUpload Limited, а также компанию Vestor Limited, которую Дотком использовал для защиты своих персональных активов.

Кроме того, Минюст США:

• выдал более 20 ордеров на розыск различных лиц в США и восьми других странах;
• арестовал в США, Нидерландах, Канаде различных активов на сумму, превышающую 50 млн. USD;
• наложил запрет на использование более 18 доменных имен, так или иначе связанных с MegaUpload.

Расследование проводилось ФБР с привлечением международной помощи со стороны Новой Зеландии, Гонконга, Нидерландов, Германии, Канады, Австралии и Филиппин.

Специалисты считают, что это очередной «звоночек» того, что действующее правовое регулирование деятельности в сфере Интернет не соответствует современным вызовам. Вполне вероятны акции против других сервисов: от файлообменников и торрентов до социальных сетей.

Источник.

Публикации по этой теме:

1. Бюджетная политика США «на пальцах»
2. Четвертая поправка на трусах
3. Налоговая декларация Барака Обамы
4. Президенты — заемщики

1. Каддафи и его окружение пытаются покинуть осажденный город Сирт в составе конвоя. Конвой фиксируется британским самолетом Торнадо, оборудованный средствами разведки.

2. Торнадо вызывает американский беспилотник, который выпускает две ракеты по колонне транспортных средств.

3. Французский самолет Рафаль присоединяется к атаке, выпуская ракеты, которые убили некоторое количество сторонников Каддафи.

4. Выжившие после воздушной атаки рассеяны, Каддафи прячется в трубе водоотведения под дорогой, вооруженный только золотым пистолетом.

5. Повстанцы собираются вокруг, и после небольшой стычки раненный Каддафи вытащен из убежища.

6. Каддафи просит не убивать его. Однако после избиения ногами и кулаками его застреливают (два выстрела: один — в голову, другой — в живот). Труп доствлен в город Мисурата и пронесен по улицам.

Публикации по этой теме:

1. Похороны российской демократии
2. О двойных стандартах и Гаагском судилище
3. Поиски врагов народа
4. Регистрация в Блогуне

1. Отдельные административные единицы Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии:

- Нормандские острова (о-ва Гернси, Джерси, Сарк);

- о-в Мэн.

2. Ирландия (Дублин, Шеннон).

3. Республика Мальта.

4. Китайская Народная Республика (Гонконг (Сянган)).

5. Швейцарская Конфедерация.

6. Республика Сингапур.

7. Республика Черногория.

8. Антигуа и Барбуда.

9. Содружество Багамы.

10. Барбадос.

11. Государство Бахрейн.

12. Белиз.

13. Бруней – Даруссалам.

14. Зависимые от Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии территории:

- Ангилья;

- Бермуды;

- Британские Виргинские о-ва;

- Монтсеррат;

- Гибралтар;

- Теркс и Кайкос;

- Острова Кайман.

15. Гренада.

16. Республика Джибути.

17. Содружество Доминики.

18. Китайская Народная Республика (Макао (Аомынь)).

19. Республика Коста-Рика.

20. Ливанская Республика.

21. Республика Маврикий.

22. Малайзия (о. Лабуан).

23. Мальдивская Республика.

24. Княжество Монако.

25. Нидерландские Антилы.

26. Новая Зеландия:

- Острова Кука;

- Ниуэ.

27. Объединенные Арабские Эмираты (Дубаи).

28. Португальская Республика (о. Мадейра).

29. Независимое Государство Западное Самоа.

30. Республика Сейшелы.

31. Сент-Китс и Невис.

32. Сент-Люсия.

33. Сент-Винсент и Гренадины.

34. США:

- Виргинские о-ва США;

- Содружество Пуэрто-Рико;

- штат Вайоминг;

- штат Делавэр.

35. Королевство Тонга.

36. Демократическая Социалистическая Республика Шри-Ланка.

37. Республика Палау.

38. Княжество Андорра.

39. Исламская Федеральная Республика Коморы:

- Анжуанские о-ва.

40. Аруба.

41. Республика Вануату.

42. Республика Либерия.

43. Княжество Лихтенштейн.

44. Республика Маршалловы Острова.

45. Республика Науру.

Получился достаточно длинный список стран и территорий, любое юридическое лицо инкорпорированное в которых в России априри будет рассматриваться как офшорная компания.

Правда, не обязательно ведение бизнеса через эти компании означает, что осуществляется какая-либо жесткая «оптимизация налогов», поскольку некоторые страны и территории попали в список только на том основании, что свято чтут банковскую тайну (например, Швейцария).

Публикации по этой теме:

1. Шантаж от Единой России
2. Образ России от Amnesty International
3. Черные и цветные металлы воруют не только в России
4. Экранизация выселения банка